("Спасибо, что позволили мне увидеть это, Повелитель.")

Почти полчаса быть парализованным, иметь возможность только слегка двигать глазами - это были не самые неприятные минуты в его жизни, но конкуренция была небольшой. Разумеется, жаловаться Древнему богу зла на дискомфорт ему и в голову не пришло.

Севариан чувствовал во внутреннем кармане тонкий стержень в два пальца длиной - "ключ от портальной станции", украденный телекинезом под тремя разными иллюзиями. Его опыта с местной магией хватало, чтобы понять - стержень активируется при изломе.

Асмодеус мог знать, что Севариан украл этот стержень у посланника "Синдиката". Но Ян не распознал тогда его иллюзии, а с ним и Алисией вроде как есть бог мелких мошенников. Если на Асмодеуса действуют его иллюзии, или если боги видят мир не через свет и магию, а через души, например, или если Асмодеусу просто плевать - это его путь на свободу.

Алисия пару секунд осмысливала произошедшее, подперев щеки ладонями. 

>"В вашем мире нет этой забавной песни про принцессу троллей и благородного рыцаря? Она хотела подарить ему броню, оружия, земель и богатств, лишь бы он был с ней. Кровь богов, синдикат теней, продление жизни в сотню раз сойдут? Рыцарь в песне отказался, потому что принцесса была созданием Темной воли."< - Алисия тепло иронизировала. 

>"Нет, не слышал про похожие истории. Выглядит незавершённо. Не вижу связи с текущей ситуацией." - слегка суховато ответил Ян.<

>"Пф. Ладно."<

Севариан заканчивал есть и пытался найти ответ на вопрос Яна.

Как он собрался захватывать город?

У него уже есть существенная боевая сила, и скоро её будет намного больше, но что эта сила ему даст? Ему всё ещё запрещено убивать. Создавая скелетов, он старался сделать их способными на нанесение нелетальных травм, но что толку? В городе есть доступное волшебное лечение. С ранами и переломами прекрасно справляется даже магия намного слабее, чем его кристалл. Ему нужен действенный способ сделать так, чтобы побеждённые противники не возвращались в бой.

Севариан может погружать людей в сон, из которого проснуться не труднее, чем от обычного сна. Севариан может призывать сковывающие цепи - но только на минуту. Севариан может создавать отвлекающие иллюзии. Всё это эффективно только как прелюдия к раздиранию врагов ордой нежити. Что ещё?

Севариан может поражать живых некротическими энергиями. Это смертельно в нормальных дозах, но он умеет очень точно контролировать дозу. Десятилетие назад он проводил эксперименты - что будет, если насытить живые ткани эманацией смерти почти до конца? Что, если ограничить влияние отдельными ораганами? Результаты были странными, противоречивыми, но один из возможных эффектов - сложная, неизлечимая, но несмертельная в масштабах недель болезнь. Результаты тех экспериментов лежат у него в библиотеке, в другом мире - но ключевые коэффициенты, которые он тогда вывел, записаны в его главном журнале, который сейчас с ним. Восстановить нужную информацию будет не сложно, если он найдёт подопытных. Но сначала...

"Внимание." - Севариан сухо щёлкнул пальцами. - "Для моей армии требуется оружие. У всех вас есть особые таланты - используйте их, чтобы впечатлить меня. Как сделать лук, надеюсь, кто-то из вас знает?"

Культисты неуверенно переглянулись.

"Если вы знаете, босс, то я могу разделить ваше знание со всеми. Я не могу насовсем забирать навыки, только временно делиться."

Севариану очень не нравится эта идея. Ему не нужно открывать свой разум каким-то сектантам, он может заставить скелетов себя вооружить. Но тогда он потратит время на это вместо чего-то более ценного. Он не может себе позволить разбрасываться ресурсами.

"Попробуем. Если я замечу побочные эффекты, то скомандую прекратить и жду мгновенного повиновения."

Севариан встал из-за стола.

"Астрид, для тебя есть отдельное задание."

Астрид с интересом улыбнулась.

Культисты, закончившие есть, потянулись на выход за своим Чемпионом.

"Аксель, останься, пожалуйста."

Аксель вернулся и сел перед Алисией. На его лице смешался вежливое любопытство, адресованное Алисии, и сомнение, адресованное Севариану.

"Не долго, ты нужен мне снаружи." - безразлично бросил Севариан, уходя.

Надо же, Алисия не боится остаться наедине с мужчиной. Которого сама пригласила! Конечно, Ян, как её хозяин, знает всё, что с ней происходит, и скрыть от него измену Алисия не сможет. Тем не менее, все Девы, которых приводили на Симпозиум Тёмные маги, покидали поле зрения своих хозяев только в компании других Дев. Не важно.

"У Севариана много работы для тебя, но ты уже заметно отличился. Такая работа," - Алисия обвела взглядом резной потолок, карнизы и ровные, теперь совсем не похожие на пещерные, стены. - "и твой вклад определенно заслуживают награды."

"Но, для, начала," - Алисия вдруг хитро улыбнулась и произнесла со значительной интонацией. - "Что я не могу сделать?"

Аксель слегка приподнял брови в ответ на многозначительный намёк Алисии, почти сказал что-то дурацкое в ответ, но в последний момент связал её слова с традиционным приветствием Великих магов. Его лицо показало настоящее удивление - не изящный изгиб бровей, а полное исчезновение любых видимых эмоций.

Нужно придумать достойную загадку. Что-то слишком сложное просто для умелого заклинателя, но не черезчур жадное или навязчивое.

Вы не сможете меня освободить.

Что бы попросила Александрия Ник?

Аксель создал в руке небольшой алмаз (из заранее сделанного запаса углерода) с изумрудной огранкой.

"Вы не сможете покрасить этот камень восьмым цветом радуги."

"Давай посмотрим..." 

+ хочу уметь раскрашивать объекты в выдуманные цвета

Новая магика!

Прикосновением Алисия может перекрасить предмет в любой цвет, поверхностно или на всю глубину.

На вопрос "Может ли Алисия перекрасить это в цвет ____" ответом будет да, каким бы набором букв этот вопрос не заканчивался.

Эта магика фундаментально отличается от всех предыдущих. Она закончена, стабильна, самодостаточна. Ей не нужна душа Алисии для существования. Алисия может передать эту магику другому человеку.

Если Алисия так сделает, то ни вернуть эту магику, ни призвать такую же или похожую уже не сможет никогда.

Алисия задумчиво наклонила голову и применила заклинание к алмазу, пожелав окрасить его в "октариновый". 

Эта магика была незнакомого типа. Насколько они распространены?

Камень приобрёл насыщенный октариновый цвет, который преломлялся гранями алмаза в фиолетовый, зелёный и сангуаровый.

У него перехватило дыхание.

"Приветствую, Великая." - автоматически отозвался Аксель.

Как это возможно? Аксель не видит что-то "невозможное, неподдающееся пониманию", как описывают аномальные явления ленивые авторы ужастиков. Он видит совершенно нормальный цвет, который имеет то же отношение к фиолетовому, что фиолетовый имеет к голубому. Если бы Аксель увидел этот цвет на картине, то легко мог бы не придать значения. Но стоит задуматься - и становится абсолютно очевидно, что Аксель никогда в жизни не видел этого цвета. А какие оттенки он даёт в огранённом алмазе!!

"Я могу оставить себе камень?" - тихо спросил он, когда к нему вернулся голос.

("Эффирия, почему эта магика такая особенная?")

"Да." - Алисия кивнула. 

Слова Алисии ушли в пустоту. Осколок Эффирии, готовый давать ей заклинания и отмечающий ей, как клерика, всё ещё с ней, но сама богиня удалилась по своим делам.

Восьмиголовый дракон колоссальных размеров, удобно расположившийся на горе зачарованного золотого песка, принимал доклады от своих подчинённых - каждая голова слушала своего человека и быстро отдавала новые приказы на разных языках. Доклады были хуже некуда. У их врагов уже были ключи и пароли ко всем защищённым комплексам, треть их схронов уже была разграблена, не подняв тревогу, все переговоры провалились. О сохранении Синдиката как организации уже не шло и речи, но это было не важно. Важно было сохранить богатство, влияние и жизни его подчинённых - по крайней мере верных и ценных подчинённых - но и эта цель начинала казаться недостижимой. Великий Аарон, обещавший защитить Синдикат от самого Куратора (и не раз подкреплявший свои слова действием, Дракон никогда не забудет тот трёхсекундный поединок), перестал выходить на связь. Все документы и артефакты, хоть как-то намекавшие на связь Аарона с Синдикатом, не просто исчезли, но были заменены правдоподобными альтернативами, будто выпавшими из другой реальности. Дракон уже начинал сомневаться в реальности своих воспоминаний, но всё равно не показывал никому в Синдикате, что теряет контроль.

"Бу."